Два года назад двое несовершеннолетних детей потеряли свою любимую маму. Трагедия, которая должна была сплотить всех, кто их окружает. Родственники — дяди, тёти, бабушки, дедушки — по логике вещей обязаны были объединиться, чтобы поддержать осиротевших ребят. Но в этой истории что-то пошло не так. Совсем не так.
Сегодня в нашей студии Дарья Зиновьева из Московской области. Она пришла рассказать о семье своей близкой подруги, которая ушла из жизни. У подруги осталось двое детей. Максим, 15 лет, и Анна, которой всего три годика. Совсем малышка. И, казалось бы, самое время для родственной поддержки. Но вместо этого — непонимание, конфликты и, возможно, борьба за опеку.
Максим, которому сейчас 15, находится с гражданским супругом покойной подруги. Под временной опекой. Что это — забота о подростке или начало борьбы за наследство? Почему другие родственники остались в стороне? И где в этой истории место маленькой Анне, которой всего три года и которая, вероятно, даже не до конца понимает, что мамы больше нет?
Вопросы, на которые мы попытаемся ответить вместе с Дарьей. Потому что дети, потерявшие маму, не должны терять ещё и семью.
